Джезабель 2 (2014) смотреть онлайн
Джезабель
После той аварии жизнь Джесси перевернулась полностью. Муж погиб на месте, ребёнок, которого она носила, тоже не выжил. Сама она осталась жива, но ноги больше не слушались. Врачи сказали, что ходить она уже не будет. Пришлось собирать вещи и переезжать к отцу — в старый дом на краю леса, где тишина такая, что звенит в ушах.
Отец встретил её сдержанно, без лишних слов. Поставил кресло в бывшую комнату матери, принёс чай и ушёл заниматься своими делами. Джесси сидела у окна и смотрела, как ветер шевелит ветки за стеклом. Ей казалось, что дом тоже умер много лет назад, просто никто не догадался его похоронить. Всё внутри пропахло пылью, старым деревом и чем-то ещё, чему она не могла подобрать названия.
Однажды вечером она решила разобрать шкаф в коридоре. Там, на верхней полке, за стопкой пожелтевших простыней лежала металлическая коробка. Внутри оказались несколько кассет и старый ручной видеомагнитофон. На наклейках аккуратным почерком матери было написано только даты и одно слово — «Джезабель». Джесси никогда не слышала, чтобы мать кого-то так называла.
Она включила первую запись. На экране появилась молодая женщина — её мать, намного моложе, чем Джесси её помнила. Та сидела в этом же кресле-качалке, смотрела прямо в камеру и говорила спокойно, почти шёпотом. Рассказывала о том, что видела во сне: чёрную машину, вылетающую на встречную полосу, крик, темноту. Потом добавила дату. Джесси почувствовала, как холод пробежал по спине. Это была дата той самой аварии.
Следующие кассеты оказались ещё хуже. Мать предсказывала вещи с пугающей точностью: день, когда отец сломает руку на лестнице, неделю, когда у соседей сгорит сарай, даже момент, когда у Джесси впервые откажут ноги. Всё сбывалось. Словно кто-то заранее написал сценарий их жизни и заставил его разыгрывать.
Джесси перестала спать по ночам. Она сидела в темноте и перематывала плёнку снова и снова, пытаясь понять, почему мать всё это записывала и почему прятала. Иногда ей казалось, что на заднем плане, за спиной матери, в углу комнаты мелькает чья-то тень. Но стоило включить свет — и там пусто.
Отец заметил, что дочь почти не ест и почти не говорит. Спрашивал, в чём дело. Джесси только качала головой. Рассказать ему о кассетах она не решалась. А вдруг он знал? Вдруг он тоже видел эти записи раньше и молчал все эти годы?
Последняя кассета лежала отдельно, без наклейки. Джесси долго не могла заставить себя её включить. Когда всё-таки нажала на кнопку, мать выглядела уже совсем больной. Глаза ввалились, голос дрожал. Она сказала, глядя прямо в объектив: «Если ты это смотришь, значит, уже слишком поздно. Она уже здесь. И она не уйдёт, пока не заберёт последнее».
Джесси выключила телевизор. В комнате стало тихо, только часы на стене тикали громче обычного. Она посмотрела на свои неподвижные ноги, потом на тёмное окно. За стеклом ничего не было видно, только отражение её собственного лица. И на секунду ей показалось, что в этом отражении кто-то ещё улыбается — не она.
С того вечера Джесси перестала спрашивать, что будет дальше. Она просто ждала. Потому что поняла: некоторые вещи лучше не знать заранее. Даже если они уже стоят у тебя за спиной.
После той аварии жизнь Джесси перевернулась полностью. Муж погиб на месте, ребёнок, которого она носила, тоже не выжил. Сама она осталась жива, но ноги больше не слушались. Врачи сказали, что ходить она уже не будет. Пришлось собирать вещи и переезжать к отцу — в старый дом на краю леса, где тишина такая, что звенит в ушах.
Отец встретил её сдержанно, без лишних слов. Поставил кресло в бывшую комнату матери, принёс чай и ушёл заниматься своими делами. Джесси сидела у окна и смотрела, как ветер шевелит ветки за стеклом. Ей казалось, что дом тоже умер много лет назад, просто никто не догадался его похоронить. Всё внутри пропахло пылью, старым деревом и чем-то ещё, чему она не могла подобрать названия.
Однажды вечером она решила разобрать шкаф в коридоре. Там, на верхней полке, за стопкой пожелтевших простыней лежала металлическая коробка. Внутри оказались несколько кассет и старый ручной видеомагнитофон. На наклейках аккуратным почерком матери было написано только даты и одно слово — «Джезабель». Джесси никогда не слышала, чтобы мать кого-то так называла.
Она включила первую запись. На экране появилась молодая женщина — её мать, намного моложе, чем Джесси её помнила. Та сидела в этом же кресле-качалке, смотрела прямо в камеру и говорила спокойно, почти шёпотом. Рассказывала о том, что видела во сне: чёрную машину, вылетающую на встречную полосу, крик, темноту. Потом добавила дату. Джесси почувствовала, как холод пробежал по спине. Это была дата той самой аварии.
Следующие кассеты оказались ещё хуже. Мать предсказывала вещи с пугающей точностью: день, когда отец сломает руку на лестнице, неделю, когда у соседей сгорит сарай, даже момент, когда у Джесси впервые откажут ноги. Всё сбывалось. Словно кто-то заранее написал сценарий их жизни и заставил его разыгрывать.
Джесси перестала спать по ночам. Она сидела в темноте и перематывала плёнку снова и снова, пытаясь понять, почему мать всё это записывала и почему прятала. Иногда ей казалось, что на заднем плане, за спиной матери, в углу комнаты мелькает чья-то тень. Но стоило включить свет — и там пусто.
Отец заметил, что дочь почти не ест и почти не говорит. Спрашивал, в чём дело. Джесси только качала головой. Рассказать ему о кассетах она не решалась. А вдруг он знал? Вдруг он тоже видел эти записи раньше и молчал все эти годы?
Последняя кассета лежала отдельно, без наклейки. Джесси долго не могла заставить себя её включить. Когда всё-таки нажала на кнопку, мать выглядела уже совсем больной. Глаза ввалились, голос дрожал. Она сказала, глядя прямо в объектив: «Если ты это смотришь, значит, уже слишком поздно. Она уже здесь. И она не уйдёт, пока не заберёт последнее».
Джесси выключила телевизор. В комнате стало тихо, только часы на стене тикали громче обычного. Она посмотрела на свои неподвижные ноги, потом на тёмное окно. За стеклом ничего не было видно, только отражение её собственного лица. И на секунду ей показалось, что в этом отражении кто-то ещё улыбается — не она.
С того вечера Джесси перестала спрашивать, что будет дальше. Она просто ждала. Потому что поняла: некоторые вещи лучше не знать заранее. Даже если они уже стоят у тебя за спиной.
Читать далее...
Всего отзывов
0